Лена… Прости. Хотя я не имею права просить прощения. Звони. Звони сейчас

Золотая пыль

Жизнь представляла собой привычную чашку утреннего кофе, которую Антон приносил в постель на протяжении семи лет: горьковато-сладкая, бодрящая, уютная. Солнечные зайчики танцевали на стенах в их двухкомнатной хрущевке, которую они приобрели в ипотеку, словно создавая дом мечты сантиметр за сантиметром. Антон, архитектор в небольшом агентстве, а она фрилансер-иллюстратор, организовывали дни, полные простых ритуалов: совместные завтраки, вечерние прогулки, споры о сериалах и его смех, который всегда звучал как надежная музыка для ушей.

Однако в последнее время в этой мелодии появились фальшивые ноты, почти неуловимые.

Лен, ты не видела мой синий галстук в горошек? спросил Антон, рыскал по шкафу, отвернувшись от нее. Его спина, когда-то открытая, теперь казалась стеной.

Он в химчистке. Ты помнишь, как на дне рождения Миши пролил вино? подошла, поправила воротник его рубашки. Он слегка вздрогнул. Показалось, моментально успокоила себя.

Ладно, обойдусь. Он наклонился, чтобы поцеловать, но их поцелуй оказался быстрым и сухим, словно дежурный.

Ты сегодня задержишься? Проект горит? спросила она, стараясь сделать голос легким.

Да, встреча с клиентом затянулась. Не жди ужинать, ответил он, не глядя ей в глаза. Люблю тебя!

Дверь закрылась, а его слова прозвучали как парадный пароль. В воздухе повис запах нового одеколона терпкого и чуждого. Он всегда предпочитал цитрусовые ароматы, а этот оставлял ощущение чуждости.

Беспокойство закралась под ребра. Проверять телефон Антона, когда он был в душе, становилось привычкой. Ничего. Чисто. Слишком чисто. Только работа, друзья-мужчины и общие чаты.

Белые струны

День их рождения они отмечали вместе с разницей в три дня. Антон забронировал столик в дорогом ресторане. В новом костюме он выглядел безупречно и так галантно, что это вызывало боль. Казалось, он играет роль идеального мужа по сценарию.

За нас, Леночка! поднял бокал. Его глаза блестели, но в блеске не было тепла, только лихорадочная решимость. Чтобы все мечты сбывались.

За мечты, прошептала она, и вино показалось горечью.

Телефон Антона завибрировал, он посмотрел на экран, и страх пробежал по его лицу. Он извинился и вышел, оставив ее в неведении.

Пробираясь к нему, она услышала его обрывки разговора с другим человеком: Нельзя рисковать. Все должно быть идеально Я знаю, мне тяжелее всех Скоро, обещаю. Слова разбили ее мир на осколки. Оказавшись на месте, она почувствовала, что с ней происходит что-то страшное.

В ту ночь она ушла, но вернулась в пустую квартиру. Сидя на полу, она ждала. Часы тянулись мучительно. Ей не хотелось плакать, просто пустота заполняла ее.

Дверь открылась, и она увидела, как Антон вошел с женщиной, высокое сусанинское лицо и уверенный тон. Она не могла забыть его слова билеты в один конец. Это была не просто недоразумение, это было более серьезное предательство.

Обратный отсчет

Пауза длилась вечность. Она думала о спасении, подавала сигнал о помощи, но голос ее исчез. Потом Алиса, с безжалостной яростью, обратилась к Антону, и тот, наконец, раскрыл правду.

Тайна их мошенничества, запланированная угрозами и шантажом, обвила их жизни, отравила чувства. Она знала, что должны быть последствия, и у нее споткнулось острие разрыва.

Когда она позвонила в полицию, конфликт достиг катастрофической точки. Антон стоял, как свет в конце туннеля, готовый вынести наказание, и в его глазах таилось облегчение. То, что он сделал, навсегда изменяло их судьбы.

В то время как полиция занималась делом, их история стала публичной, с грязными фактами выползли на поверхность. Любовь, протянутая рука и предательство. Алису арестовали, а Антона правили на условный срок.

На суде она тихо свидетельствовала, видя его осознание. Их брак разваливался на глазах; между ними не осталось совместной истории, только воспоминания о том, что когда-то их связывало. С каждым днем чувства умирали.

Скажите прощай? Это было последнее, что осталось о них. Прощай, Антон.

Ее поезд уезжал, оставляя позади жизнь, полную обмана и предательства.