Важнейшее решение принял Конституционный суд Российской Федерации, рассматривая жалобу американской фармацевтической компании Vertex, которая пыталась оспорить механизм принудительного лицензирования своего лекарства «Трикафта» — дорогостоящего препарата для лечения муковисцидоза. Данная лицензия на поставку дженерика «Трилекса» была выдана российскому дистрибутору препаратами аргентинского производства.
Суть спора
Постановление КС, опубликованное 12 марта, касалось прав на патенты, защищающие «Трикафту». Этот препарат поставляется в Россию с 2021 года и с недавнего времени активно конкурирует с дженериком от Laboratorio Tuteur. Российская компания Медицинская исследовательская компания (МИК) обратилась к Vertex с просьбой разрешить использование патентов, однако столкнулась с отказом и вынуждена была обратиться в суд для получения принудительной лицензии.
Согласно статье 1362 Гражданского кодекса, лицензия может быть выдана в случае «недостаточного» использования изобретения, что приводит к дефициту необходимых товаров на рынке. Первоначально в мае 2023 года суд отказал в выдаче лицензии, но в сентябре Девятый арбитражный апелляционный суд изменил это решение, сославшись на нехватку препаратов.
Конституционные аргументы
Vertex оспаривала законность выдачи лицензий, утверждая, что механизм в Гражданском кодексе позволяет недобросовестным заявителям манипулировать данными о спросе. Фармацевтическая компания указывала на то, что механизм принудительных лицензий нарушает права на интеллектуальную собственность, свободу предпринимательства и равенство перед законом.
Муковисцидоз включен в государственную программу помощи, и лекарства для его лечения закупаются через фонд «Круг добра». Однако в 2024 году дважды были остановлены госзакупки из-за обращений со стороны как производителя оригинала, так и дженерик-поставщика.
Решение Конституционного суда
Конституционный суд, в конечном итоге, подтвердил законность механизма принудительного лицензирования, указав на его необходимость для обеспечения устойчивых поставок жизненно важных лекарств. Суд отметил, что принудительные лицензии не лишают патентообладателя прав и должны использоваться для предотвращения дефицита на рынке. Однако в то же время, мнение экспертов указывает на недостаточную проработку положения о защите прав добросовестных правообладателей.
В результате, хотя КС и не внёс новых инструментов защиты прав интеллектуальной собственности, его постановление оставило открытым вопрос о правовой неопределенности в других отраслях, пишет канал.
